в плеерепрослушано

Исихазм как магистральный путь спасения Церкви и мира

Матушка говорит об исихазме как идеологии Восточной Церкви, которая дважды спасла Церковь и мир — в X веке при расколе с Западом и в XIV веке при Григории Паламе. Она противопоставляет умно-сердечное делание западной схоластике и томизму и объясняет, почему именно исихазм должен лечь в основу будущего возрождения Руси. В конце беседа касается четырёх устоев Церкви и книг современных наставников молитвы.

0:00−31:20
5,4 МБ
Главы7
Текст беседы. Нажмите на фразу — запись перейдёт к ней.

Исихазм спас Церковь в X веке

Мне хочется вам ещё раз напомнить и для тех, кто не слышал, что в X и XIV веке исихазм, как идеология восточной Церкви, спасли Церковь, спасли Церковь в истине.

То есть вы понимаете, что, как в своё время ковчег из восьми человек спас мир и дал возможность возродиться племенам и народам: семитским народам, из семитского корня — туда относятся ещё, у святых отцов я читала, японцы к семитскому корню, и армянская... армяне тоже относятся вроде бы к семитскому корню.

Мы с вами относимся к корню Иафета, вся индоевропейская группа.

Иафет переводится как красивый и многочисленный.

И сейчас это одна из самых многочисленных частей народа, населяющего планету.

Это Индия, Европа. Из России — Азия, которую мы занимаем.

Это Латинская Америка, там доминирует католицизм, они тоже христиане.

Это Северная Америка, в Канаде — католицизм и протестантизм, в Средней Америке, в Штатах — большинство протестантских сект, различных протестантских сект.

Но это тоже выходцы из Англии, из некогда православного народа, утратившие, отступившие от православия.

Уже когда вся Европа была католической, Англия ещё 73 или 75 лет сопротивлялась и хранила православие.

При короле Эдуарде и Альберте, по-моему, она хранила ещё православие.

И последняя из европейских стран уже приняла католицизм, но затем, после Кромвеля, ей был навязан радикальный протестантизм.

То есть её уничтожали, как могли, за то, что она посмела сопротивляться тайне беззакония.

И в X, и XIV веках были критические точки, как при потопе, когда восемь человек спасало весь мир.

В X веке — это когда произошёл раскол на... на восточную и западную Церкви, и когда западная — это метафизический раскол.

Это не просто раскол в понятиях Святого Писания и Филиокве, или внесении искажения догматов.

Если б это было только на душевном уровне, об этом бы давно люди договорились.

Но это на метафизическом, духовном уровне произошло, когда Восток вы- выбрал философию исихазма, идеологию исихазма, а Запад выбрал схоластику.

То есть познание Бога через падший человеческий разум, который весьма Богом одарён — об этом говорит развитие науки во всех отраслях знания — что разум стро-... создан весьма совершенным, но не совершенней сердца и не совершенней Бога.

Когда восточная Церковь избрала исихазм, то есть умно-сердечное делание и сердечное делание, через которое можно очистить сердце, а оно услышит Бога.

И через откровение божественное откроет нам те или другие понятия и истины.

Цель творения — богообщение и обожение

Если б это не произошло в I веке, а ради этого вообще создавался мир, человек создавался по образу и подобию, только для одной цели: чтобы он имел возможность общения с самим Творцом, сотворившим мир и самого человека.

Для того, чтобы те свойства, которые Бог дал, Бог мог приумножить и приукрасить, и воплотить в своём собственном творении через богообщение.

Никакой другой цели для этого не нужно было. Нам бы даны были одни инстинкты, как животным, и мы б жили по инстинктам.

Но для Бога это было недостаточно.

Ему нужно было то, что мы читаем в Гефсиманской молитве: чтобы мы в обители веков с Ним были в лоне Троицы, и видели славу Божию, славу Сына Господня и славу Духа, чтоб мы пребывали в единстве.

Вот что нужно было Богу.

Но Адаму даны были все эти свойства.

Его ум был поставлен в сердце.

И таким образом эта энергия имела общение с Богом и слышала Его постоянно, непрестанно.

Как вот наш телефон, в который поставлено зарядное устройство, слышат вышку всё время.

В тишине она находится, в покое, или кто-то звонит нам, сразу реагирует тот телефон, номер на который идёт сигнал.

Но он всё время, во включенном состоянии, и так, и так, он находится на связи с главным источником информации, который ему даётся через вышку.

Вот так сердце наше, имея внутри ум как энергию, было могло общаться с благодатью.

Вот так Адам слышал Бога, когда давал имена животным.

Он видел, Господь позволял ему видеть их сущность.

Вот через Иисусову молитву мы возвращаем себе эту способность: первое — богообщения, второе — через обожение, видеть сущность вещей, которая нам постепенно даём Бог Господь возвращает, как блудному сыну.

И вот такие события произошли. Первое — в X веке, когда раскол, и наша Церковь пошла за внутренней, исихастой молитвой Симеона Нового Богослова.

Симеон Новый Богослов и пути Запада

И его называют Новым Богословом, потому что тремя богословами мы считаем тех, кто участвовали в первых соборах, это Василий Великий, Иоанн Златоуст и Григорий Богослов.

Вот три из них. Но к ним четвёртым рисуют либо Симеона Нового Богослова на иконах, который даже в семинарии не учился.

Но, через молитву внутреннюю, видел фаворский свет, и восходил от силы в силу, и писал свои гимны через прямое богообщение с Господом, который открывал ему суть явлений.

И вторым...

И Запад пошёл по одному пути, через познание мира и познание Бога.

И его ключевой, одной из самых высоких точек, называют эпоху Просвещения.

Это эпоха великих так называемых философов, если можно их назвать великими, когда они, вот, опираясь только на свой падший разум, полностью отвергли Бога. И Вольтер был безбожником, и Дидро был безбожником, и все они были либо колебались, либо вообще отрицали Бога. И вся эпоха просвещения, о которой нам так много преподавали в школе, преподавали в институте, она явилась фактически началом упадка Запада. Но в это же время пошла эпоха просвещения исихазмом Восточной церкви.

Возродился исихазм во всех церквях, которые к тому времени уже были известны: от Иерусалимской, Антиохийской до э-э церквей э-э византийских и других церквей Европы, где уже было православие.

Григорий Палама и Святогорский томос

Везде возродился исихазм после X века, а второй раз, когда уже в византийскую традицию стало проникать вот эта уже так так называемая ересь жидовствующих, когда земную жизнь стали ставить выше небесной. И когда Григорий Палама несколько раз отказывался от возведения в его епископы, всё предпочитая внутренний затвор и жизнь э-э в монастырях, жизнь на Афоне, но когда эта ересь просвещения стала проникать и в византийскую культуру в XIV веке, он вышел, чтобы защитить исихазм как основу спасения. И почти 10 лет жизни с 1341 по 1351 год он потратил на то, чтоб доказать, что основным путём спасения в вечности каждого из нас и общества в целом устройства является идеология исихазма, когда человек, живя в мире ради своего спасения, на всяком месте служения Господу, от царского служения до самого низшего дворника или побирающегося человека, просящего, убогого человека, просящего милостыню, в руках имел чётки.

Как только эта ересь стала пробираться, философии и разума, и схоластики, пробираться в византийскую церковь, он вышел из затвора. Он принял на себя сан архиепископа Фессалоникийского и вышел на защиту паламических соборов. И в 1351 году эти соборы прошли.

Алло? Вы меня слышите?

Вопрос: Да, слышим. Да.

Алло. Когда эти соборы прошли в пятьдесят первом году, через год уже вся церковь... Да, и они закончились Святогорским томосом, в котором все монастыри Святой Горы и все скиты Святой Горы подписали учение исихазма впервые как магистральным путём спасения и для монашествующих, и для мирян. И 100 лет было ещё возрождение исихазма, о котором блестяще пишет Пётр Пигуль в своём творении. У него замечательная работа есть: «Григорий Синаит и его школа». Как Григорий Синаит поднимал исихазм, который затихал уже на Афоне. Это блестящая совершенно работа Пигуля, э Петра Пигуля, который... в котором потом рассказывает, как возродилась школа... школа Григория Синаита, в которую входил и Григорий Палама. Но Григорий Палама пошёл дальше Григория Синаита. Григорий Синаит обучал и говорил, что это необходимый путь каждого инока и монаха — непрестанно молиться. Паламические соборы, которые закончились Святогорским томосом, впервые объявили учение исихазма как единственную, главную и самую короткую магистраль к Богу для всех принявших святое крещение.

И тогда отцы сказали, что люди, не принявшие исихазм как магистральный путь спасения, никогда в жизни не достигнут того, ради чего они родились на этот свет.

Антоний Киево-Печерский и Русь

И произошло второе рождение исихазма. И второй раз исихазм спасает православную церковь. Русь за четыре века почти до крушения Византии приняла святое православие. И первым, кто был прислан туда, — это Антоний Псково-Печерский. Был прислан, кто читал его житие, прочтите, был прислан с Афона.

Вопрос: Киево-Печерский. Антоний Киево-Печерский.

Киево-Печерский, не Псково...

Киево-Печерский, господи, я сказала [неразборчиво]. Антоний Киево-Печерский, который был прислан с Афона отцом его. Он вызвал его и сказал: «Мне Господь открыл, что ты должен ехать в Киев и там начать возрождение православия через исихазм и молитву». Он говорит: «Не поеду, отче. Там ничего нет, ни монастырей, мне не с кем молиться». Второй раз он молился ночь за него и вызывает, и говорит: «Отче, надо ехать. Такова воля Божья».

Он говорит: «Ни за что не поеду». Он тогда говорит ему: «Не допущу к...» А, вызвал его и указал на небо, которое было, афонское небо, полно звёзд, сияние луны и всего. Это он увидел всё, эту красоту ночного афонского неба. И вдруг отец его духовный помолился, и все звёзды как спали, он увидел только мрак. Потом он помолился, и он увидел, что звёзды и луна опять вернулись.

Он сказал: «Отче, что это было?» Он говорит: «Я показал тебе волю Божью. Не поедешь — не допущу больше к святому причащению». И он поехал. И возрождение Киева, оно началось, Киевской Руси, с исихазма афонского. И и третий раз исихазму надлежит спасти Русь сейчас, перед Вторым пришествием. Больше надеяться не на кого. Вот основа нашей идеологии.

Четыре устоя Церкви

Вот мы говорим, что наша вера, я вам уже много раз это говорила, стоит на четырёх углах: Святое Писание, Святое Предание, Апостольские правила и Вселенские соборы. Откуда взяли эти четыре угла?

Протестанты стоят на одном угле — Святом Писании. И мы видим, что Святое Писание было закончено, на основе его проповедовал апостол Павел, на основе его формировалась церковь. Откуда взялись остальные три угла?

Да они взялись из логики самого Писания. Кто помнит, чем у нас оканчивалось Святое Писание?

Чем закончилось Евангелие от Иоанна, кто помнит?

«Многим, многое и другое сотворил Иисус.

Но если бы писать обо всём, ну, я точно, приблизительно говорю, подробно, то думаю, что и всему миру было бы не вместить написанного». То есть писать о том, что Господь сотворил ещё, миру бы было не вместить.

Но апостолы оставили нам правила устроения Церкви.

И они уже столкнулись с ситуацией, когда возникли внутри Церкви споры. Мы с вами читали об этом, о соборном пос... послании Иоанна, о соборном послании Петра или других апостолов.

Почему они соборные? Они столкнулись с вопросами, которые неизбежно внутри Церкви встают и сегодня.

И которые нужно решать соборно. Например, присоединяются новые язычники, они ставят вопрос: «Нужно ли их обрезать?»

Или у иудеев, у иудеев рождаются дети, они уже приняли Христа, иудеи, они обрезаны. Обрезать ли детей? Что делать с этим?

И начались разногласия. И они приняли соборное решение, и соборным решением нам один из апостолов отвечает.

И когда они, апостолы, оставили после себя апостольские правила устроения Церкви, в каких случаях собираются соборы, в каких случаях будет появляться разномыслие...

И гово... и пишут прямо открыто: «Разномыслие между вами появится неодножды для того, чтобы проявить многих из вас искусными».

Таким образом, апостольские правила были канонически возведены как второй угол к Святому Писанию.

Затем строго по Писанию стали жить по...

по Писанию, по Евангелию стали жить преподобные отцы, которые оставили нам тоже учения: как спасаться, как молиться, как поститься, как, что делать со спасением души своей.

И таким с...

таким образом сформировалось Святое Предание.

Это жизнь и поучения отцов Церкви.

И прежде всего, семи Вселенских соборов.

Это самое главное предание, которое осталось у нас.

И дальнейшие отцы, которые мы придерживаем. Когда мы говорим своё мнение, то это второе падение. Мы должны говорить либо мнение Святого Писания, либо мнение Святого Предания по отцам.

Появляется третий угол — это Святое Предание.

Когда апостольская церковь откололась от православной веры, она откололась. Это не раскол на две части.

Это от целостности откололся католицизм, потому что он нарушил установления.

Он нарушил установления семи Вселенских соборов и подменил их.

Он отменил вообще апостольские правила.

И вместо семи соборов, которые мы почитаем как фундамент Церкви, где сформулировано «Верую», где сформировалась вся догматика на этих соборах, они поставили какие-то двадцать четыре своих собственных собора.

И...

и дальше стали возникать Вселенские соборы и соборы поместные, которые мы тоже должны исполнять как указания Церкви.

И таким образом, у нас стало четыре угла, которые вытекли вот из этих слов святого Иоанна Богослова, которым заканчивается Святое Евангелие, что полноты дел Божьих невозможно было вместить миру.

Но через Святое Предание, апостольские правила и Вселенские соборы мы имеем полноту Церкви, которой нам недоставало при творении Святого Писания.

И когда раскололась Церковь на две: православную и католическую, правосла... апостольская...

католическая церковь сохранила Святое Писание и Предание, которое у нас было единым до X века.

Они также почитают Николая Чудотворца, Екатерину мученицу, Варвару, которую...

Всех поздравляю, завтра святая Варвара, которую очень важно почтить, потому что она причащает перед смертью тех, кому некому напутствовать святыми дарами.

А она может прийти сама напутствовать.

Поэтому её почитать очень важно.

И вот таким образом, наша Церковь прочно стоит на четырёх углах.

А они, откалывая эти углы, стоят на том, что додумывают сами.

И в католицизме, и тем более в протестантизме.

Поэтому исихазм дважды спас мир.

Исихазм как основа новой Руси

Спас Церковь, а следовательно, спас мир.

Если бы не нашлось Ноя в ковчеге, и нас бы с вами не было.

И если бы исихазм...

Дважды Церковь не устояла в X и в XIV веке при Григории Паламе, мир бы дальше без истины не стоял.

Но Господь сохранил истину и исихазм как магистральный путь к ней.

Поэтому и третий раз именно исихазм должен быть включён в идеологию Церкви.

Потому что западной идеологией является томизм, то есть учение Фомы Аквинского.

Он является как философа...

О... оно является. А у нас — идеология исихазма.

И только на этом может стать новая православная Русь.

Та Святая Русь, пришествия которой мы ждём, она встанет на идеологии...

на идеологии исихазма, принципах синергии, то есть сотрудничества с Богом на каждом месте владения Божественного.

Будь то дворник, будь то правитель и советник самого царя, основой твоей жизни должен быть исихазм.

Потому что он тебя спасает, и общество. Ты творишь и Богу, и людям одновременно службу. Портной ты или сапожник, или монах, или ты управляешь государством и являешься советником самого царя.

Основа твоей жизни — исихазм.

Тогда и вся твоя жизнь будет подчинена служению Богу, любви к Нему и служению ближнему.

Потому что это и есть путь спасения.

И Господь две эти любви называет основной заповедью.

Поэтому мы на свой труд должны смотреть с этих позиций.

Это спасает нас, это спасает детей наших.

Но это спасает и удерживает мир от падения. И третий раз мир также спасёт исихазм.

Если мы будем услышаны, и если мы будем хоть один раз в день вздыхать: «Господи, подними исихастов в России».

Столько написано книг, столько продано этих книг: Новикова, Симеона Афонского.

Но не могут понять, что вся тайна будущего возрождения — в этих книгах.

Книги Новикова — это фактически переложение всего «Добротолюбия»

и систематизация «Добротолюбия»

святых отцов за все века для XXI века.

Это такая, это такая уникальная литература. По одному из томов можно научиться всему.

Вот изучив добросовестно хоть один том Новикова, можно научиться молитве умной, молитве сердечной, молитве в глубоком сердце, и встать на путь спасения, и послужить Богу именно в идеологии исихазма.

То же самое книги Симеона Афонского.

Или Григория Бескровного, схимонаха Григория Бескровного.

Или его святые книги.

Ну просто это новый Григорий Палама и новый Симеон Новый Богослов для нашего времени.

Вот, мои хорошие, что мне хотелось сказать.

Простите, что я долго сегодня.