Домашние беседы 11–12 сентября, ч. 3прослушано
О скорости и плотности Иисусовой молитвы, часть 3
Матушка раздаёт намоленные чётки и иконки преподобных Петра Афонского и Онуфрия Великого, затем переходит к практическим вопросам молитвы. Она объясняет, как держать тело свободным от напряжения, как стяжать тишину и молиться плотно, чтобы помыслы не вставали между словами молитвы. На примере собственного опыта и расчётов ритма она показывает разницу между словесной, умной и сердечной молитвой и предостерегает от преждевременного подражания молитве совершенных.
Главы6
Намоленные чётки и иконки в дар
Зачем жгут чётки-то?
И говорят: «Мне сегодня Господь» — это самое — «лучше чётки не жги, а собирай, чтобы подушечку сделать в гроб». Да?
А это самое...
Я потом стала быстро стирать. Я молилась по сотницам.
Вот по таким же сотницам.
И стала быстро стирать.
И у меня 8, 9, 10 — ну, уже вот такая подушечка.
Там стёрто вообще...
Потом я немножко из них раздала, потому что всё-таки они такие... По ним молиться уже нельзя, но намоленные чётки.
Это самое...
Ну а потом, тогда же я молилась относительно немного, ну, 250, там, 300 чёток в день. Так, ну, 30.000 там.
А сейчас бы я это... Так я молюсь сейчас по большому числу. Закрой дверь.
Я молюсь сейчас, у меня набрала эту подушечку себе и думаю: может, мне жить мало осталось, но подушечку набрала.
Это, из неё сейчас не отдаю уже никому.
А те, по которым молюсь... И я молюсь, у меня, например, три сотницы, по которым я молюсь, и три трёхсотницы. Когда я одну намаливаю с другой, потом кому-нибудь передаю уже.
Да, вот. И вот я вам дам две иконки.
Две иконки. Здесь великие святые.
Первое — это это Пётр Афонский, молитвенник, исихаст.
Это великие святые.
Все. А это преподобный как его, нагой который ходил?
Вопрос: Онуфрий.
Онуфрий Великий. Онуфрий Великий, который говорил: «Что меня попросите в этот день, — я тут не написала, — что меня попросите, в этот же день исполню».
И просто вам от меня благословение. Тебе побольше эту иконочку, а тебе такую же.
Храни тебя Господь и Матерь Божия.
И обращайтесь к ним за помощью, за молитвой и за это самое.
И будет от меня вам благословение, и их просите.
Я им все время молилась.
Они у меня давно-давно уже эти иконочки.
И всё ждали своего времени.
Вот, это самое.
И Петра просите, через Петра с Афоном связь.
И здесь такие, такая, такие великие святые, и все подвижники, исихасты.
Поэтому просите их.
Это самое, и чёточки вам от меня, на которых я тоже, тоже молилась.
Вопрос: Вы сама молились по этим чёточкам, да?
Да-да. И по тем, и по другим.
Я молилась, поэтому вам отдаю.
Молитва всем телом и стяжание тишины
Теперь знаете что, вы что-нибудь посмотрели или вам некогда было?
Вопрос: Да, да-да, мы посмотрели, частично мы и читали.
Читали. То есть вам было более-менее понятно, что написано?
Вопрос: Да.
Если вот так разбирать, да?
Вопрос: Угу. Да.
Давай тебе тетрадь.
Вопрос: Евфросиния.
Ой, Евфросиния, прошу прощения.
Было более-менее понятно?
Вопрос: Да-да-да.
Что, как... Ну вот здесь вот, если вот это, то здесь я только не написала о созерцательной молитве.
Даже о молитве всем телом я им написала. Как как Игнатий Брянчанинов говорит, что молитва преуспевших происходит из всего существа.
Понимаешь? Ну это, ничего в этом нету такого, просто никто не хочет этим заниматься и другому сказать.
Вопрос: Очень даже хочу, матушка, только я ни на что не способна. Вообще ни на что.
Да. Я вот хотела... То есть вы сделали себе?
Вопрос: Да, мы сделали.
И эту, и эту, да?
Вопрос: Здесь, да, здесь а, маленькая, вот эта вот.
Да.
Вопрос: И и большие.
И большие сделали.
Вопрос: Большая, вот она.
Прекрасно. Молодцы.
Оставьте, потому что видишь как, Афон сказал, старец мне сказал: «Вот это вы нам просто сделали подарок, вот это».
Понимаешь?
Вопрос: Угу.
Одно дело — лекцию слушать, а другое дело, когда так конкретный вопрос, что что-то посмотреть.
Вопрос: Это с Филофея как раз вот этот старец сказал?
Да-да-да.
Да, с Филофея был.
Вот. А вот иконы, они мне прислали, и приложись.
Приложись. Это же афонское.
Вопрос: Можно, да?
Да, посмотри, там сзади они написали.
На Пасху они мне прислали.
Вопрос: Ой, там написано: «Александре Семёновне на молитвенную память от афонских монахов: отца Еремея и отца Силуана».
Ага.
Вопрос: Который сказал, что...
подарок сделали вы.
А а а кто-то из...
Вопрос: Кто-то из них, да?
Не из них, а и кто-то из их старцев передал, этому, что говорит. Поэтому, но я вот это делала сугубо под его вопросы.
Потому что я всем делать стараюсь только под их вопросы, а это сделано под общий.
Ну ладно, мои хорошие, значит, это. Теперь вы знаете что, то есть мы не будем это читать, вы сами разберёте, да?
Вопрос: Да.
Потому что мать Гавриила в своё время это всё вычитала, всё проверила, всё вычитано, поправила что-то. И мы тогда вот, когда они приезжали, мы им это всё передали.
Вот. Ну примерно как идут, это это раз.
Во-вторых, вы всё-таки со мной можете быть на связи.
Теперь скажите мне, вчера я вас спросила, как у вас идут дела и это.
А скажите, как вы молитесь и где вы, когда вы взяли чётки первый раз в руки?
Вопрос: Я брала чётки давно, потом я снова вернулась к ним, потом...
И вот как уже постриг был, мне мой духовник говорит: «Молись. Я тебе очень маленькое правило даю, но ты больше молись». У меня ничего не получалось.
У меня делалась вот такая голова огромная, мне было тяжело.
Нет, а что такое молись? Молись...
Вопрос: По чёткам, сказал: «Молись по чёткам».
А, по чёткам, вот, по чёткам, вот, вот.
Слушайте, какие-то бандиты звонят, чтобы я им дала номера своего паспорта, ещё чего-то.
Вопрос: Да, это много сейчас таких. Сейчас везде обманывают.
Ну мать Гавриила сама естественно всё...
Вот. Ну-ну-ну.
Вопрос: У меня была очень сильная вот такая голова огромная, меня всё... У меня до сих пор ещё осталось вот здесь вот напряжение, заднечерепные бугры,
Ах ты, моя хорошая.
Вопрос: шея, плечи. Вот я вот вся вот такая скованная.
Милая моя, у вас зажато хуже, чем у меня.
У меня от астмы всё, у вас здесь зажато...
Вопрос: У меня тоже астма, к сожалению.
Вам бы к к нашей Юлиане попасть, она вам хоть размассирует. Вот смотрите: ничего здесь не должно быть зажато.
Ничего. Вот понимаешь, перед... Вот села перед молитвой, конечно лучше, если вот ручка будет вот, ну, не знаю, в кресле на поду... Или вот в той комнате в кресле.
И вот смотри.
Вот подняла плечики.
Бросила их.
Нет, подними плечики вверх.
Брось их вниз, чтоб всё расслабилось. Ещё.
Вот чтоб всё было свободненько.
Потому что, понимаете, в чём дело: поклоны или какая-то молитва такая стоя, она создает какое-то напряжение.
Здесь желательно, чтобы работал один дух.
Вот эта тишина...
Тело, оно всё равно здесь останется, а вот это духовное состояние и напряжение, оно может создавать боль, может иногда теплоту. Иногда теплота...
Ну Господь показывает место здесь, да?
Но ко всем физическим проявлениям нужно всегда быть осторожно. Если указывает, молишься, молись плотненько, прямо уплотни молитву, если вдруг какое-то благодатное такое состояние, его не прерывать, ни с чем.
Если оно от Бога, оно само прервётся, и это самое. И вот и вот мы тридцать, 30 минут молимся.
Села так спокойненько, ручку положила, опёрлась.
Молимся мы сидя, стоя, лёжа, при ходьбе, при всех обстоятельствах, абсолютно при всех.
И обязательно нужно учиться молиться лёжа на спине. Умирать будем лёжа.
Вопрос: М-м.
Поэтому умирать надо с молитвой.
И вот села, оперлась, старайся, или на кресло, или чтоб тебе было удобно.
Чтоб не было нигде никаких давлений.
Вот головку опустила сюда, и вот как вот слёзки текут, как будто вот сюда, да? Вот куда показывает, вот туда внутренним взором смотрим, ничего не видим, просто туда внимание. И взгляд — на кончик подбородка, и по... за грудину, куда подбородок указывает, прямо под подбородочек.
Тогда не будет очень низко. Примерно точка. Можно дышать. Взяла чёточки в руки и послушала тишину там.
Вот вместе со мной вдохните тихонечко, как вы вдыхаете, когда нюхаете цветочек, тихонько прямо вот следите, как воздух будет идти по ноздрям до этой точечки, куда смотрит подбородок.
Выдохнули. Не дышим. Раз, Ощутили тишину?
Вопрос: Угу.
Когда не дышим?
Вопрос: И тепло стало.
А там у... Вот выдохнула. Замри, вот как ребёнок замирает, когда прячется. И вот здесь... И вот здесь какое-то... И чёточки берёшь, тишина установилась.
Плотность молитвы и два внимания
Можно так сжать зубки, можно словами молиться, словесной молитвой. Вот как ты молишься? Словесно, да? «Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе, помилуй...» Молитвочка к молитве — плотно.
Вот вы видели когда-нибудь спиральку, да? Вот я говорю там в лекциях часто. Спиральку, которую, пружинку складывают. Вот когда мы её покупаем, поменять спираль в плитке, она, это, на рынке продаётся или в магазине, колечко к колечку плотно, да?
Вопрос: Угу.
Если мы хотим увеличить... уменьшить сопротивление и это, растягиваем, растягиваем её, то между ними встаёт просвет. И в эти просветы бесы нам посылают помыслы.
Понимаете? А если нет, если плотно мы молимся, молитвочка за молитвочкой: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе...» — и и и держим два внимания. Одно внимание держит тишину, вторым молимся. И если молимся достаточно плотно, помыслов не должно быть.
Если оба внимания заняты. Как, например, если ты читаешь что-то очень для тебя дорогое и интересное, или мы с тобой общаемся, нам так хорошо, что вдруг вы видите: да звонят же уже, да?
Вопрос: Угу.
Потому что второе внимание тоже здесь, да?
Вопрос: Угу, угу.
И вот это внимание нужно всё направлять, оба внимания — сюда. Не не пускать его в свободное плавание: «А вдруг там что загорится?» — и мне: «Ой, уже всё сгорело». Или или кто-то позвонил. Нам дано два внимания Господом для сохранения нас. Например, смотрит мужчина футбол, и это самое, ему говорят: «Что ж мы звоним в дверь, ты не открываешь?» Он говорит: «Я так был занят, я не слышал». Потому что оба внимания — там. Вот так оба внимания должны быть со Христом.
Почему вот такая круговая молитва, она считается вообще уже не заблудной, непрелестной, вне прелести? Потому что бесы ничем прельстить не могут, так как человек одном... одним сознанием вращает молитву, а вторым молится. Говорит: «Господи Иисусе Христе...» И оба... Либо малое сознание вращает молитву, либо большим молится.
А до этого, даже когда мы в этой точке, в этой точке или даже в этой точке уже сердце размаливаем, но ещё это умно-сердечная молитва. Она... Она сердечная только когда вращается. Когда вращается вокруг этой точки. Но к этому мы подойдём, я потом расскажу, когда можно отсюда уходить сюда.
Вот сейчас вам нужно размаливать вот эту душевную сферу, как бы как бы разорвать. Ум... Ум и рассудок: ум отправить сюда, рассудок оставить в голове. И вот это глав... главная поломка нашего организма, почему мы утратили преподобие и не способны слышать Бога.
Вот те, кто обладают глубокой прозорливостью, как вот Серафим Вырицкий, или что-то ви́дением, оно приходит последовательно. Я вот даже написала, как оно приходит. Я принесу... принесу, ты сфотографируешь. Оно приходит через труд молитвы, когда человек только скажет: «Господи, хочу поехать». Ему говорят: «Не езжай. Бесполезно там или что-то. Или сделай так». То есть человек начинает чувствовать волю Божию, когда он уже научается жить в тишине.
А когда он глубоко погружён в связь с Богом, то только человек входит, ему открывается всё об этом человеке. Понимаете? Вот это это это всё в этом никакой загадки нет, это путь всех преподобных. И путь всех, кто принял монашество.
Вот. И мы немножечко помолим... Понятно было? Сейчас слышали тишину?
Вопрос: Да, и там немножко тепло даже было, там.
Тепло. Ну, это нам показывает, может быть, это так... Хорошо. Это самое... И прямо, отцы говорят, начинать дышать, не борзясь. Прямо молиться дыханием, чтоб не сбивать этой тишины. Прямо соблюдать её. И пока вы умно молитесь или словесно? Как?
Ритм молитвы и монастырские дневники
Вопрос: Словесно.
Словесно, тоже к... так же как Александра, да? Молитесь, то есть... То есть все слова: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе...» Ну и так, ну и так и молитесь. И за сколько вы чётку вытягиваете?
Вопрос: Ну, три минуты, четыре минуты. Три, три минуты. Хорошо три выходит.
Три минуты? Да, это это умная молитва примерно. Я вам говорила, что она и получается так. То есть, мы говорили, ручечкой, да? То вот вот как здесь вот написано, да? То есть если вы говорите всё: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя», — да? Все пять слов. Если это по 0,3 секунды, 0,3; 0,3; 0,3 — это получается 1,5 секунды — одна молитва. Одна. Да? Одна молитва. Одна молитва. 15 секунд — 10 молитв. 150 секунд — 100 молитв. 150 секунд, мы секунд мы разделим на 60, да? 120, 120 по два, и и 30 секунд. Три с... э, 2 минуты 30 секунд. То есть, э, 23-25 секунд примерно, то есть 2,5 минуты, вот так.
Вопрос: Ага, ага.
2,5 мину- минуты, э-э... Ой, неправильно говорю. 25 минут у вас идёт тысяча.
Вопрос: Угу.
Значит, 2.000 — в час. Вы примерно понимаете свой ритм. Значит, если вы час помолились, вы 2.000 всяко вычтете.
Вопрос: Угу.
Даже если вы не считали. Но я, например, на службе считаю так. Поскольку я веду вот эти дневники, там видите, я вам вчера показывала, да? У меня их вот такая куча, сто с лишним уже. То я прихожу... У меня здесь есть монастырские записи.
Двадцать первый год... Нет, это уже ковид прошёл.
Вопрос: В монастыре жили одно время?
А?
Вопрос: В монастыре вы подвизались?
Я я всё время в монастыре, в Новодевичьем. Всё время. С открытия монастыря там была. Уже мне стало просто тяжело.
Вот.
Ну, короче говоря, ладно, я вам потом, может быть, блокнотик какой-нибудь найду, подарю. А пока просто, видите как? Вот это очень дисциплинирует. Дисциплинирует, когда вот я встала сегодня в пять, помолилась до семи, и вижу, что засыпаю.
И это самое, помолилась, красным записала. И э-э это, всё выключила, легла, и стала подмаливаться, и молитва пошла Заснула, но молитва внутри шла.
Я слышу, что она идёт. А бывает, что просто, вот написано, спала до одиннадцати, видишь. Промолилась с пяти до девяти, а потом это, а до этого во сколько? Я в четыре закончила, видишь? Но проснулась, молитва пошла уже в пять. Но это через, видишь как, через опыт, выпоношение, тогда вот 19 часов молитва, 12 часов умная, сердечная, там написано. Ну, вот так вот я живу, каждую минуту фиксирую.
Оно, конечно, дисциплинирует. Вот мы сейчас работаем с книгой, и я несколько дней не не вела, то есть подмаливаюсь, но не вела записи, потому что сложно, мы с литературой работаем, и там, и то, и прочее. И это самое, и я чувствую ущербность, что я не веду дневник сейчас, я чувствую, что я ущербна. А а раньше я делала, это я веду 20 лет, а занимаюсь я 30, да, молитвой, 34. Значит, а раньше как я делала? Вот я рассказывала вам или нет? Я приходила на службу, брала вот эту вот бумажку, где мы записки пишем, да? И вот здесь писала число там, двенадцатое, там, 09 там, такого-то там. Пришла во столько-то там, 9:00, да? Э-э там, пока ещё часы не читали, ничего, я уже начинала размаливаться. Промолилась 10 чёток, молилась я по сотнице, да, по ма- по маленькой чётке. Молилась по сотнице и выбирала себе пять икон, чтобы это... Пять икон выберу, одну сотницу смотрю прямо святитель... Икона «Моли Бога о мне»: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе, помилуй мя. Господи Иисусе Христе, помилуй». Смотрю на эту иконку, вот одну, на святителя Николая. Потом у нас Елизавета Фёдоровна висит, потом, значит, святые Царственные Мученики, потом патриарх Тихон, а потом Казанская. То есть у меня пять икон, да? Я первую чётку прочитала, перевела, сказала: «Святая Елизавета Фёдоровна, моли Бога о мне». Ей прочла: «Святые Царственные Мученики». Чтобы, когда я собьюсь, где я чита- отвлекусь вначале, то я понимала, что я уже Царственным Мученикам читаю, да? Значит, святой э святитель Тихон, моли Бога о нас, Владычица Пресвятая Богородица, дальше назад. Пять чёток прочла, считаю опять: Пресвятая Богородица, чётку, эту чётку, эту чётку, эту, 10 я прочла. И пишу, значит: число там 12.09, двадцать четвёртое сегодня, например, 10 чёток — это 1 000, да? И вот здесь пишу время сразу.
Вопрос: Угу.
Время пишу там 9:15, например. Дальше читаю следующую: эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку, эту чётку. И у меня я молилась примерно вот так какой: 25 минут — одна 1 000, за час 2 000. Потом это самое, значит, примерно 1 000 две с половиной минуты. И вот я один прибавляла, прибавляла, потом смотрю, у меня идёт меньше: две ещё 2 мину- ну, две две там и три, потом 2 минуты, потом 1,8, потом 1,9 минуты, потом дошло до 1,5, и ни туда, и ни сюда. Я думаю: «Вот домолилась, и не знаю». И прямо так быстро уже 4 000 час, 4 000 час, уже в два раза быстрее пошла молитва.
Ускорение молитвы и ответ Господа
Вопрос: Угу.
Я думаю, что же делать? Батюшки нет, спросить не у кого, вы-то хоть меня можете спросить, а мне некого спросить.
Вопрос: Угу.
Я матери Авраамии говорю: «Мать Авраамия, отпусти меня на вечернюю на Валаамское подворье». Она говорит: «Поезжай». Это самое, я поехала, подошла к отцу, говорю: «Батюшка, я вот благословлена на Иисусову молитву, занимаюсь, это самое, мой духовник уехал. Я молилась-молилась, там за пол- за по- за час 2 000 примерно читаю», — он так слушает всё. «А сейчас пошло: 1,5 минуты — сотница, 15 минут — 1 000, 15 минут, 4 000 в час». Он на меня так рот открыл и говорит: «А что это ты так быстро молишься?» Я говорю: «Я куда...» — «А что ты так торопишься?» Я говорю: «А я никуда не тороплюсь, я просто делаю своё дело». И и не двигается. Главное, она всё время двигалась, я по времени видела, что у меня время сокращается, понимаешь? Вот с 30 минут до 25, с 20... А сначала вообще час я молилась 1 000, ну, не не час, но 40 минут 1 000 вычитывала. Я уж не помню, восьмисловную или пятисловную, но потом, когда я прочитала уже афонцев, я только пятисловной молилась. Афонцев прочитала, а потом на нажила русских. А русские что говорят святые? Когда говорят: это, ну, сейчас крестник поехал в Оптину и повёз им подарок от нас эти все тома Новикова. А они говорят: «Ой, что-то мы будем это читать? Нам сказали восьмисловный, а тут пятисловная, а тут ещё чего-то». Ну, мне сразу ясно, что люди не молятся так, как надо. Ну вы читайте святителя Игнатия, Феофана Затворника и Серафима Саровского почитайте, он говорит: новоначальному, кто взял чётки в руки, тяжело сразу восьмисловную или пятнадцатисловную и там тринадцатисловную держать. А это самое: «А вы с утра молитесь: "Господи Иисусе Христе, помилуй мя", а со второй половины: "Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную"». Разделите на два, чтоб были две короткие молитвы. Зачем это? Это вообще... Ну, это просто две короткие молитвы. На самом деле, молитва, я вам говорила, это скальпель в руках хирурга, а цель — исихия. Вот этот покой. Цель — исихия, потому что нужно стяжать Святой Дух — задача. А Дух Святой при наших помыслах и пакости, это: то вспоминаешь, что было, то планируешь, что будет, то думаешь: «Что-то я это, сегодня меня обидела сестра, что она мне сказала, это не так, это так, надо было ей вот так ответить, вот так ответить, вот так ответить». Понимаешь? Вот три таких помысла: что было, что будет и что сегодня произошло, понимаешь? Всё пустое. И вот, значит, я поехала, в другой день я отпрашиваюсь на Оптинское. На Оптинском вообще ничего с ними не договоришься. Это самое, с чётками ходят, спросить некого. Я потом ещё куда-то поехала, но здесь, по Питеру это. Еду откуда-то, то ли с Афонского подворья, то ли... Иду и и молюсь всё время: «Господи Иисусе Христе». Молюсь чётко 1,5 минуты 100 чётка. 4 000 в час, один час. Ни туда, ни сюда не двигаюсь: либо я в прелести, либо это, либо это нормально. Откуда? Я говорю: «Господи, вразуми! Господи, вразуми! Господи, покажи! Господи, видишь, спросить не у кого. Господи, Сам мне открой». Э значит, пришла это самое уже после вечерни, э там в келью, а потом утром прихожу ну на службу, на послушание. Это, а принесли большую книгу о о Паисии Афонском, знаете, зеленоватая такая, толстая? Житие Паисия Афонского, знаете вы её. Принесли, я какому-то мужчине около храма её продавала, он пришёл ко мне опять и говорит: «Знаете что? Такая толстая книжка, самая лучшая книга в жизни, которую я прочитал. Дайте мне вторую, я подарю другу». Значит, я с ним рассчиталась. Идёт мать Авраамия. Я ей говорю: «Мать Авраамия, вот все покупают Паисия Афонского, как ты меня благословишь купить книжку себе?» Я ничего не делала без благословения.
Вопрос: Угу.
А они даже если не было сестры или матери Инны, или матери Авраамии, я подходила к старшей, говорю: «Любочка, тут, смотри, какие принесли Псалтири, как ты считаешь, мне купить?» Она говорит: «Я вам подарю». Вторую спрашиваю: «Мне Смотри, вот это принесли, мне купить?» — «А на кой она вам нужна?» Я всё кладу и даже не разговаривала. А потом сама уже научилась определять: покупать, не... Идёт мать Авраамия, говорю: «Мать Авраамия, смотри, книжку принесли, все Паисия покупают. Мне купить?» Она мне говорит: «Да что, мол, тебе нужны? Тяни чётки под столом».
Это самое, это… А я: «Прочти…» А потом обращается и говорит: «Прочти там об Иисусовой молитве только, что он пишет».
Я листала, листала, листала, мне… люди стоят, некогда смотреть. Я говорю: «Мать, я там не нашла, что там об Иисусовой молитве». Она мне, вот если я не ошибаюсь, я обычно страницы не… Она мне вот так открывает и говорит: «Вот, 580-я страница. Об молитве Иисусовой вот здесь написано».
Я такие глаза. Здесь вот в середине, после первого или второго абзаца, написано: «Весь Афон молится полторы минуты сотница».
И ещё написано с ошибкой, то есть с ошибкой перевода. Но я-то всё увидела, что я ищу. То есть Господь тут же отвечает. Тут же. Вот это… так приходит видение. Так приходит видение, и так приходят начальные моменты созерцательных… когда Господа просишь, Он тут же говорит. Тогда вот трудись ещё так. Я открыла, [неразборчиво] целую книжку: «Господи, всё ты мне это, весь Афон молится полторы минуты сотница».
Потом я, значит, стала разбираться: почему же все молятся так? Но ты побыстрее, ты помедленнее, кто-то быстро делает и хорошо, кто-то делает хорошо, но медленно, понимаете, тем более пишет или говорит.
Ну и я стала вот разбираться. И когда я, тебе вот как вам вчера показывала, прочитала «Отче наш» — 53 слова — за полторы минуты, у меня получается там, то получается за полторы, то это, за 15 секунд, за 15 секунд, да? То за 17 секунд примерно. Кому-то… э-э кто-то у нас в монастыре читает, ну, клиросное чтение, часа… Это самое, делишь — получается: 0,28; 0,31 примерно; 0,32 читают, э-э вот клиросное чтение, да? Я пересчитала «Богородице Дево, радуйся», я пересчитала «Живый в помощи», сколько читаешь и сколько слов. Всё получается вот так. Значит, я поняла, что вот если мы пять слов проговариваем, словесной молитвой молимся, словесная — потому что, так как в Псалтири, проговаривается каждое слово.
Скорость словесной молитвы должна быть примерно такой, как клиросного чтения. Если я… я батюшке говорю: «То быстрее, то медленнее». А он говорит: «Да почитай так, как вот читают на клиросе «Живый в помощи Вышняго» или «Блажени непорочнии в путь, ходящии в законе Господнем. Блажени испытающии свидения Его, всем сердцем взыщут Его», там, 17-й стог кафизмы, да? «Не… всем сердцем взыщут Его, не делающии бо беззакония, в путех Его ходиша». И все, и так же начинай: «Господи Иисусе Христе», и в этом же ритме».
То есть с ритмом почётно, и в этом же ритме словесной молитвой занимайся целый день. Сбилась очень медленно — будут помыслы. Э-э если помыслы усиливаются — углубить молитву, читать побыстрее, потому что это ещё не молитва, это процесс обучения. Понимаете?
Вот. И вот так вот это. А потом, когда у меня пошла вот эта умная, рассчёт, то я, поскольку я физик всё-таки и математик, то я быстро рассчитала, что откуда полторы: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя» — 0,3; 0,3; 0,3. 0,9 — молитвочка, 10 молитв — 9 секунд, 100 молитв — 90 секунд. 90 секунд делим на 60 — полторы минуты сотница.
Вот почему весь Афон молится, потому что он умно молится, это мыслит слово, два слова «Иисусе Христе» вместе и «помилуй мя» как одно слово. Поэтому она мыслится.
Молитва совершенных и образ сознания
Кто более восходит, может ещё быстрее. Молитва, о которой пишет святитель Игнатий, мы с матушкой молились, вы знаете, да, что за за полчаса э-э сотница, да, у у с у святителя Игнатия? Он говорит, что это молитва совершенных.
Молиться так новоначальному — никогда вы ничему не научитесь. Мы с матушкой помоли… Я знаю, какая это молитва. Мы по пробовали молиться, и с вами могу это показать, но это не наша мера. Это мера, когда тишина и глубина покоя настолько довлеет, и человек весь собран внутри. Вот просто весь, как вот вам сказать, как я Ксении показывала, вот я взяла свой халат. Да? Вот ты представь себе, что ты здесь молишься. Представь себе, что туда рука войдёт. Вот всего себя вывернуть нужно, всего себя нужно взять вовнутрь потом, вместе с телом. А сначала хотя бы ум здесь держать, да?
Так вот, вот то, о чём пишет Игнатий, — это молитва совершенных. Или когда за за 1 минуту две чётки вытаскивают, да, вот как папочка Харлампий, которого я очень люблю, он, то это тоже молитва совершенных. Это уже по-другому структурированное сознание. А сознание, оно развивается в процессе молитвы. Вот смотри.
Совершен… Я вот, например, вы приходите ко мне, вы к… С днём ангела поздравляю вас.
Вопрос: Спаси, Господи.
Спаси, Господи. Александра [неразборчиво] и вам вас тоже это.
Э, значит, вы приходите ко мне, я вас жду. Да? Вот там э там стол накрываю, квартиру убираю. Я вас жду, но моё сознание направлено на внешнее. Вот как Иисусова молитва, как словесная молитва, да? Я вот это вот оно направлено на внешнее: что вот вы придёте, э надо в прихожей подмести, вам тапочки там дать или что-то, или что мы будем там. Что-то внешнее думаю. Вот это как бы молитва первая, словесная, так идёт, когда мы хоть внешне её исполняем.
Когда со- сознание меняется, и приходит умная молитва, и она держится, то внимание уже у меня обраще- Значит, проходит время, вы приходите. Моё состояние меняет-, моё сознание меняется. Вот оно так меняется ко Христу. То есть я уже не на внешнем зацикливаюсь, сколько я говорю молитв, с какой скоростью, не прерываю, а на вас.
Пришли, раздевайтесь, садитесь, проходите. Я уже забыла, здесь готово, не готово, иду, например, вас встречать, и внимание — на вас. Так вот умная молитва, она сосредоточена на Христе больше уже. То есть мы это… А а моя внешняя вот это — на вас.
А сердечная молитва — уже Христос отходит на второе место, а в центр становится богообщение с Ним.
Или или вот как мы Вот вы пришли, одно дело — я вас встретила, а другое дело — мы друг общаемся, и нам важно это. Важно не не то, что ты пришла, не то, что, а важно вот этот процесс единомыслия и взаимопроникновения, понимаешь? Когда вот этот покой, тишина, которую даёт Господь, она становится доминирующей. Вот понятно как? Сознание разное совершенно.
Оно уже Христос присутствует, но не просто Его имя или память какая-то вот такая, а вот это через тишину ты чувствуешь, что Он рядом, и что Он даёт эту благодать тебе. И вот это вот это уже переживается в умно-сердечной молитве.
Или, например, я когда к крестнику во 2-й класс попала, всё время беседую, я им говорю… Они говорят: «Ну как ну как это меняется? Нет, сознание… Что такое сознание?» Ну, не будешь же философию изучать с ним, что это такое. Я говорю: «Очень просто. Вот ребёнок приходит в супермаркет и говорит: «О, заяц! Хочу зайца!» Вот это первая это: «Мама, купи зайца, купи зайца!» Она ему говорит: «Подожди. Какой заяц? Мы пришли за зайцем, что ли? Мы пришли купить продукты, нам есть нечего будет, всё. Если деньги останутся — куплю зайца».
Пошли, это. С этого момента вот это словесное, что: «Я занимаюсь или не занимаюсь», вот это сознание переключается на маму. Вот так говорила: на вас или в молитве — на Христа. Переключается на маму. Он идёт и смотрит: «Мам, а остались ещё деньги? Мам…» У него всё сознание… А когда она идёт покупать — это вот эта радость богообщения, радость общения с мамой, что уже он забыл, хочет зайца или мишку, но вот то, что мама купила, вот понимаешь? Вот разницу в состоянии понима- понятно, да?
Вопрос: Да-да-да, да-да.
Ну вот это, она примерно так же меняется во время Иисусовой молитвы.
И вот то, что говорят: «Вот святитель Игнатий говорит медленно», это он он говорил: вот смотри, как молиться. Вдохом, вот я вдыхаю: Гос- -поди.
Да?
Иисусе Христе, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя. Вот если я вот так вот продышу, каждая молитва, каждая молитва у меня ложится за 20 секунд. За минуту у меня получается то то есть только на своё дыхание: Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя.
Вот «помилуй мя», да? Вот за 20 секунд, значит, за одну минуту у меня получится только три молитвы. Я могу вам это прямо показать на это: три молитвы.
За 10 минут вы получите 30 молитв, да? За полчаса, 30 минут, вы получите 100 молитв.
Это молитва совершенных, когда тишина и внутренняя глубина сознания доминирует над самой молитвой. И я слушаю только дыхание, и этим дыханием держится… Это не наша мера, то, что пишет святитель. Не наша мера. Это молитва совершенных, ещё раз. Поэтому, если вот говорить, почему так быстро молятся — молиться нужно плотно. Весь Афон молится плотно. Вот я могу так…
Вопрос: Александра Семёновна, а вот в этой книге батюшка… схиархимандрит Серафим Крэчунов, он говорит: